Все каналы ТВ, №10, 4-10 марта 2002

 

Александр Грин в представлении не нуждается. Великая Монтсеррат Кабалье выбрала его из сотни певцов для совместного исполнения композиции "Аве Мария" во время ее концертов в Москве. Хотя мы "заметили" Сашу и его голос еще раньше Кабалье и довольно часто пишем о нем.

Но именно после этого дуэта Александра посетило вдохновение, и он ни с того ни с сего начал фотографировать облака. В ближайшее время в Интернете по адресу www.alexander-green.com откроется выставка "небесных" работ г-на Грина.


- Саша, признавайтесь, что это вас на фото потянуло?
- Я очень люблю фотографировать. Я фотографирую везде, где бываю: в Италии, Франции, Прибалтике, Подмосковье. Всегда вожу с собой фотокамеру. Я люблю природу, море, рассветы, закаты. Это, наверное, потому, что вырос я в солнечном Баку и все свое детство провел у моря. Люблю водные виды спорта, ныряю без акваланга и всякого снаряжения. Дыхание задерживаю аж на 4 минуты и нередко делаю это на спор. Такая разминка полезна - певцу нужно тренированное дыхание.


- Вы ведь на эстраду пришли из театра. Вас многие знают помюзиклам "Фантом", "Кошки", "Супер-стар", которые шли в театре-кабаре "Летучая мышь". У вас же голосовой диапазон - четыре октавы!
- Три с половиной, если точно. А из театра я ушел после смерти Григория Гурвича. Этот великий человек стал "крестным отцом" для многих ныне знаменитых исполнителей, работающих в мюзиклах, которые, кстати сказать, он и возродил у нас в стране. Именно с его легкой руки на театральной сцене я спел арию Фантома, которая в России исполнялась впервые. Многие продюсеры предлагают мне включать отрывки из мюзиклов в концертную программу. Но я этого делать не хочу. То, что было рождено на театральной сцене, по моему, не стоит выносить на эстрадную.




- Может быть, тогда не стоило поддаваться искушению и выходить на эстраду? Признайтесь, вас влекут легкая слава и возможность по больше заработать?
- Неправда, что эстрада - легкий хлеб. Посмотрите, сколько вокруг молодых талантливых исполнителей которые не могут пробиться. Недаром эстраду нынче называют шоу-бизнесом. Теперь все знают, что заработанные деньги певцам "легкого" жанра приходится вкладывать в имидж, в том числе в клипы и альбомы, И недаром среду шоу-бизнеса называют "мутными водами". Чтобы выплыть в этом океане, нужно плыть изо всех сил. Здесь ты один, и все зависит от тебя - концерты, выступления, которые для нормального артиста не просто "дискотека" а мини-спектакль. В театре за артиста решают практически все - костюмы, имидж, график выступлений и репетиций, репертуар. Ты только выходи и играй. Вот от такой устроенности я и сбежал. Кстати, на днях на студии “Артэс-рекордс” выходит мой новый альбом "Одинокая душа".


- Тернистый, однако же, вы путь избрали к зрителю!
- Когда я решил петь, то прежде всего спросил себя: а могу ли я, Александр Грин, привнести что-то новое в современную музыку помимо модных ритмов "для тех, кому до 20". Моя аудитория - люди от 20, с опытом любви, ее разочарований и побед, те, кто ценит искренность слов, чистоту музыки, палитру аранжировок.


- Похоже, вы цените стабильность. А вот ваша колоритная внешность намекает на непостоянство и легкие победы...
- Я, наверное, человек застенчивый. Долгое время я не считал себя объектом интереса прекрасной половины, хотя влюблялся часто. Помню, еще в средних классах я влюбился в одну голубоглазую девчонку - естественно, она была отличницей, умницей, с двумя тугими косичками. Я смотрел на нее и краснел. Так же краснела и она. К восьмому классу я созрел, чтобы объясниться. Происходило все это накануне первого сентября, я репетировал, как подойду к ней и как бы невзначай заговорю "ни о чем". Но первого сентября на линейке она не появилась. Как оказалось, уехала в другой город. Ее папа был военным... Горечь той разлуки засела во мне крепко и надолго. Вот о своих переживаниях я и решил поведать со сцены. С гитарой пришел в самодеятельность дома офицеров в Баку и стал настоя щей звездой местного значения. Даже звездная болезнь у меня случилась. Дело в том, что после концертов в моем кармане скапливалось много записок с объяснениями в любви,
телефонами и адресами. Тем поклонницам, у кого были телефоны, я звонил и с удовольствием выслушивал их душевные излияния в мой адрес.


-?!
- Нет, ловеласом я не был. Просто, наверное, компенсировал то отчаяние за мою несостоявшуюся любовь.


- Вы такой весь положительный! С вами девушке по улице темным осенним вечером пройтись не страшно?
- Постоять за себя я умею. Я же вырос в Баку, и в нашем дворе в "джентльменский набор" нормального парня к гитаре полагались и кулаки. Я помню, когда служил в армии, в Ансамбле песни и пляски Закавказского военного округа, меня пытались учить уму-разуму "деды". Была у нас шумная троица - гроза казармы. Среди ночи они скидывали меня с кровати и требовали спать на полу. Но я не из тех, кого можно унижать. Один против троих я выступил на заднем дворе, где обычно мутузили "духов". Одолеть, конечно, я троих не одолел, но выстоял. Была ничья. До конца службы меня больше не беспокоили. Ведь драться меня дядя учил. А он бывший десантник. Так что пару-тройку сокрушительных приемов могу применить всегда. Вообще я из семьи военных, воспитывался по-мужски, и в артисты меня занесло случайно.


- Не может быть!
- Однажды, когда мне было лет десять, мы с родителями и их друзьями отправились в поход. С нами был старенький катушечный советский магнитофон и единственная бобина к нему. Это был Джо Дассен. И я помню, как сейчас: полыхают языки костра, туман опускается на землю, стихают звуки с противоположного берега, и под игру сухого хвороста и огня звучит “Индейское лето”. Кто-то тянется в палатку за гитарой, и мы начинаем разучивать эту песню. Эта мелодия стала моими первыми гитарными аккордами, и сейчас она снова вернулась ко мне. В моем новом альбоме есть римейк на эту композицию. Надеюсь, он придется по душе моим слушателям.
 

Мария МИРОНОВА